Сочиняем сюжет рассказа вместе - мастер-класс Сергея Слюсаренко

Мастер-класс проводит писатель-фантаст Сергей Слюсаренко.

Мы предлагаем вам проявить фантазию и придумать продолжение уже существующей истории.

Если вы когда-нибудь писали фанфики, то вы понимаете, о чем идет речь. Автор начинает, вы продолжаете - все просто.

Мастер-класс подходит как начинающим, так и уже опытным авторам.

Что нужно для того, чтобы стать участником мастер-класса?

1. Прочесть начало рассказа. Стоит отметить, что дело происходит в пионерлагере "Юный комунар" в Крыжовке

2. На электронный адрес Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра. до 15 июня прислать краткий синопсис - до 1500 знаков о том, что произошло дальше.

3. Сергей Слюсаренко выбирает тех, кто будет писать продолжение.

4. Те, кто прошел отбор, пишут рассказ до 60 000 знаков и высылают их Сергею Слюсаренко до 15 августа.

5. Разбор сюжетов состоится на UniConе

6. Участники  мастер-класса получают бесценный опыт сочинения сюжетов, а так же - в случае публикации работ конкурса фантастического рассказа в сборнике, рассказы участников мастер-класса тоже будут опубликованы в нем.

Текст, который нужно продолжить

(с) С. Слюсаренко (приводится с разрешения автора)

Санька Стрельников не любил ездить в пионерские лагеря. У него была своя дружная кампания во дворе, а летом, когда все разъезжались кто куда, можно было что-нибудь мастерить дома, например, модель самолета или читать книжку в беседке прямо на улице. В лагере все было не так, нужно было заново знакомиться, вставать вовремя, делать зарядку, есть невкусную кашу в столовой и заниматься всякой обязательной ерундой. Но летний лагерь был неотвратим, родители считали, что нечего ему сидеть в пыльном городе.

Вот и этим летом опять пришлось ехать. Да ещё он опоздал на смену на день. У отца не было времени отвезти его в воскресение, а в понедельник все отряды оказались уже сформированы, и Санька получил на первые несколько дней обидную кличку – «Новик», в смысле новенький. Санька помнил, как год назад одного мальчика так прозвали, и тот был всю смену «новик», словно дурак. И футбольную команду в отряде собрали без него, а, самое ужасное, через несколько дней в его отряд перевели Морозова из первого.

Морозов был известный хулиган и старше Саньки на два года. С приходом его в Санькин отряд в палате стали появляться совсем взрослые дружки Морозова. Они задирали всех, а особенно Стрельникова. Заставляли принимать какие-то унизительные присяги, отнимали конфеты  привезенные из дома. А вчера просто так разбили Саньке нос, за то, что он не захотел отдать зубную пасту. Паста у Саньки была редкая – фруктовая со вкусом малины. Такой пасты не было в магазинах, её привез знакомый отца из заграницы как ценный сувенир.

Повседневная жизнь в лагере была нудна и однообразна. Так как Санька не играл в футбол, его часто отлавливал воспитатель и отправлял на уборку территории. От конкурса строевой песни тоже было мало радости, «Зарница» в этот раз не планировалась, да ещё случилось совсем неприятное. За домиком директора лагеря созрели громадные яблоки и Санька, пытаясь сорвать одно, самое красивое, сломал ветку. Никто этого не видел, но на вечерней линейке начальник лагеря, напомнив ещё раз, что «пионерлагерь – это не дом отдыха, а детская партийная организация», пообещал найти сломавшего ветку и испортить преступнику всю жизнь. Санька понимал, что как честный пионер он должен был сам пойти и признаться, но что-то подсказывало ему, что такая честность не доведет до добра.

А ещё, впервые в жизни, Санька увидел, как сразу десять человек бьют одного. Били Касика. Он стоял по стойке смирно и каждый из пацанов бил его дважды кулаком в лицо. Толпа мальчишек и девчонок молча смотрела, как кино, и Санька услыхал от них, что это называется «учить». Морозов сказал, что если бы Касик дернулся, то его бы убили. А били его за то, что он якобы стукач. На вопрос Саньки, что значит "стукач", Морозов ответить не смог и предупредил Саньку, что если он будет умничать, то тоже схлопочет. Санька не любил Касика, тот был заносчивый, но от такого издевательства стало нехорошо.

Однажды Санька понял, что если с утра смотаться из лагеря через дырку в заборе, то до обеда никто тебя не тронет, да и не вспомнит, и можно бродить по лесу. А лес сразу за лагерным забором был настоящий. Громадные сосны с ярко-коричневой корой, мягкая хвоя под ногами, а чуть дальше, в низине, был маленький пруд с нависшей над ним ольхой. Там возле пруда, как правило, собирались пацаны, которым, как и Саньке, было нудно в лагере.

Дальше, за прудом начинался другой лес. Не было уже сосен, были худые ели и ярко зеленый ковер мха. Если отойти совсем далеко, то мох становился совсем пушистым, и прогибался под ногами, как матрац. Странно пахло, Санька догадался, что это болотный газ, а под ногами уже не земля, а поросшее толстым слоем мха болото. На мхе - море грибов. Стрельников почему-то решил, что это рыжики. Были они аккуратные, действительно рыжие, с рисунком в виде концентрических колец на шляпке. Санька решил, что приведет сюда родителей, когда те приедут на родительский день. И они вместе насобирают грибов, а потом мама засолит их в банке.

Вообще, Санька хотел домой, в родной двор, где все понятно и привычно. Но в лесу, вдали от лагеря, тоже было хорошо. Кроме грибов на болоте росло много костяники и черники. Когда ягоды надоедали, можно было попытаться поймать ящерицу, их тут шныряло видимо-невидимо. Иногда даже удавалось. Вот сейчас Санька как раз присмотрел одну, которая грелась на солнышке, и стал осторожно заносить над ней ладонь…

Резкий звук, словно сухой треск молнии, заставил Саньку упасть лицом в остро пахнущий мох. Падая, он заметил, как шарахнулась в сторону ящерица. И ещё он успел заметить, как разрывая воздух и ломая низкие верхушки деревьев, в метрах пятидесяти от него, оставляя жирную мокрую борозду, в болото врезался странный аппарат. Не было ни страха, ни удивления. Только легкий звон в ушах. Не решаясь подойти, Санька смотрел, забыв подняться с корточек.

«Все-таки это самолет» - решил он, видя совершенно незнакомые очертания машины – «наверно, испытательный». Санька не мог сдержать волнения. Хотелось сейчас же кому-то рассказать, разделить восторг от увиденного. Именно восторг, сумасшедший и неуемный переполнял сердце. У самого носа в самолете зияло рваное дымящееся отверстие. Через несколько секунд в верхней части аппарата, почти беззвучно открылся овальный люк. «Как фонарь у истребителя, только непрозрачный» - подумал Санька.

"Да ведь там пилот, может, раненый", - Санька ринулся к самолету без колебаний, не думая об опасности.